Краткое содержание мой дедушка памятник

Мой дедушка — памятник

«Мой дедушка — памятник» — повесть Василия Аксёнова для детей, написанная в 1969 году и рассказывающая о приключениях советского пионера Гены Стратофонтова в вымышленном государстве Большие Эмпиреи. Повесть выдержана в юмористическом и ироническом ключе и основана «на сказочно-авантюрном осмыслении стереотипов советского масскульта».

Как правило, издаётся с подзаголовком «Повесть об удивительных приключениях ленинградского пионера Геннадия Стратофонтова, который хорошо учился в школе и не растерялся в трудных обстоятельствах»; в некоторых изданиях — с подзаголовком «Приключенческий роман».

История

Написана в 1969 году, впервые опубликована в журнале «Костёр» (1970, № 7—10). Отдельным изданием вышла в 1972 году в издательстве «Детская литература». Продолжением приключений Гены Стратофонтова в Больших Эмпиреях стала повесть «Сундучок, в котором что-то стучит», написанная в 1975 году.

В связи с эмиграцией автора повесть не переиздавалась почти 20 лет, лишь в 1991 году она вышла в Кемерово, причём сразу тиражом 250 тыс. экземпляров. С тех пор повесть неоднократно переиздавалась в России, как отдельно, так и вместе с продолжением.

Своеобразным завершением «трилогии» стал поздний роман Аксёнова «Редкие земли» (2007), действие которого происходит спустя тридцать лет. Его главный герой — осуждённый олигарх Ген Стратов, прототипом которого во многом явился Михаил Ходорковский. По мнению писателя, высказанному в интервью, «такой мальчик, как Геннадий Стратафонтов… никуда больше не мог пойти, как именно в комсомол. И он стал таким вундеркиндом режима, империи. Именно его в конце 70-х годов послали в Америку для участия в движении „Молодые лидеры мира“, а дальше — непременно МГИМО». В «Редких землях» неоднократно упоминается повесть «Мой дедушка — памятник»; так, один из героев говорит: «Это штука, поверьте мне, Винсент! По праву родины слонов могу сказать, что он предвосхитил „Гарри Поттера“». При этом подчёркивается, что «прототипы озлились на автора. Во-первых, вольности с именами. Перед нами потомственные Стратовы, а в книге их называют Стратофонтовы. С другой стороны, фигурирует Наташка Вертопрахова, а на самом-то деле это Ашка Вертолётова…» (жена Гена Стратова). Сам же главный герой, олигарх Стратов, «не очень-то любил упоминаний о неком Геннадии Стратофонтове, „который хорошо учился в школе и не растерялся в трудных обстоятельствах“, не очень-то он любил и литературные размышления о протагонистах и прототипах, он вообще не очень-то любил беллетристику».

Краткое содержание

Главный герой повести — ленинградский пионер Геннадий Стратофонтов, отличник и спортсмен. Однажды на шахматном турнире он знакомится с океанологом Николаем Рикошетниковым, который летом на исследовательском судне «Алёша Попович» собирается исследовать прибрежный шельф близ архипелага Большие Эмпиреи в Океании. Гена мечтает побывать там — ведь он является потомком адмирала Стратофонтова, национального героя Больших Эмпиреев, который в XIX веке спас местное население от пиратов, в том числе известного злодея Рокера Буги.

Гену берут в экспедицию, которая сначала заезжает в Токио, где с трудом находит консула Республики Большие Эмпиреи и Карбункл. Тот сообщает, что судно может посетить страну при условии, что команда судна сыграет в футбол с командой эмпирейцев — ведь футбол (по местному «булоног») является их национальным спортом, в котором они считают себя непревзойдёнными. В столице республики экспедицию радостно встречают, поскольку эмпирейцы с нетерпением ожидают футбольного матча. На главной площади стоит памятник Гениному предку (на местный лад его именуют «Серхо Филимоныч Страттофудо»), однако пока эмпирейцам не сообщают, что среди прибывших есть потомок их героя.

Вскоре оказывается, что не все рады прибывшим: жители второго по величине острова страны, Карбункла, терпеть не могут футбол и устраивают провокации, из-за которых матч откладывается. Гену, который случайно становится свидетелем тайного разговора, похищают и увозят на Карбункл. Ему удаётся вырваться из плена и он знакомится с девочкой Доллис, которая как две капли воды похожа на Наташу Вертопрахову, одноклассницу Гены. Постепенно он понимает, что на Карбункле зреет тайный заговор по завоеванию власти в стране. При этом эмпирейская красавица-сенатор Накамура-Бранчевска, мать Доллис, оказывается главой мафиозной группировки. При помощи своих сторонников, в первую очередь негодяя Ричарда Буги, потомка пирата Рокера Буги, она планирует организовать вооружённый захват Эмпирей, в результате которого её провозгласят королевой страны.

Гене удаётся выдать себя за англичанина и втереться в доверие к злодеям. Он летит в Лондон, где становится свидетелем того, как под видом музыкантов симфонического оркестра головорезы Ричарда Буги готовятся к захвату Эмпирей. Подружившись с одним из бойцов (Джоном Греем по прозвищу Силач-Повеса), Гена открывает ему глаза на происходящее, и тот становится его сторонником. Вернувшись вместе с пиратами на архипелаг, Гена и Джон Грей успевают заменить оружие, которое те привезли в футлярах музыкальных инструментов, на сами музыкальные инструменты. В результате Эмпиреи оказываются спасены, а злодеи повержены. Джон Грей гибнет в схватке. Выясняется также, что Доллис и Наташа — сёстры-близнецы, одну из которых в раннем детстве выкрали, когда их родители-геологи работали в Бирме.

Художественные особенности

По мнению Ирины Линковой, «у Василия Аксёнова никогда больше не было такой свободной и радостной книги, у которой нет никаких обязательств, кроме единственного — одержать победу». Она также отмечает, что «самые невообразимые неожиданности, случайности и пертурбации происходят буквально на каждой странице», так что «даже среди всемирно известных приключенческих романов недлинная повесть Василия Аксёнова запросто займёт первое место по динамике и темпу повествования — с большим отрывом!»

Дополнительные факты

  • Один из второстепенных героев повести, «плотник высшего разряда» Владимир Телескопов, является также главным героем повести Аксёнова «Затоваренная бочкотара» (1968), а также фигурирует в романе «Золотая наша железка» (1973).
  • Джон Грей (а также упомянутые в тексте Рита и крошка Нелли) являются героями фокстрота «В стране далёкой юга…» 1924 года (музыка Матвея Блантера, слова Владимира Масса или Константина Подревского.
  • В повести неоднократно упоминается придуманный Александром Грином город Зурбаган, из столицы архипелага Большие Эмпиреи Оук-Порта до Зурбагана налажено сообщение воздушным и морским транспортом.

Ссылки

  • Ирина Линкова. «…В мире нет ничего нереального» (07 сентября 2009)
Василий Аксёнов
Семья Евгения Гинзбург • Павел Аксёнов • Алексей Аксёнов • Майя Афанасьевна Аксёнова
Проза Коллеги • Звёздный билет • Апельсины из Марокко • Пора, мой друг, пора • Катапульта • Стальная птица • Жаль, что вас не было с нами • На полпути к Луне • Затоваренная бочкотара • Любовь к электричеству • Свияжск • Рассказ о баскетбольной команде, играющей в баскетбол • В поисках жанра • Мой дедушка — памятник • Золотая наша Железка • Ожог • Сундучок, в котором что-то стучит • Право на остров • Круглые сутки нон-стоп • Остров Крым • Скажи изюм • Бумажный пейзаж • В поисках грустного бэби • Желток яйца • Московская сага • Новый сладостный стиль • Кесарево свечение • Вольтерьянцы и вольтерьянки • Москва Ква-Ква • Редкие земли • Таинственная страсть. Роман о шестидесятниках • Ленд-лизовские
Пьесы Всегда в продаже • Твой убийца • Четыре темперамента • Аристофаниана с лягушками • Цапля • Гора, горе, гореть • Аврора Горелика • Ах, Артур Шопенгауэр
Персонажи «Скажи изюм» • Алик Конский
Публицистика и
общественная деятельность
Десятилетие клеветы • Capital Shift • Ква-каем, ква-каем! • Письмо десяти • Интернационал Сопротивления
Коллективные проекты Метрополь • Джин Грин — неприкасаемый
Киносценарии
и экранизации
Когда разводят мосты • Коллеги • Мой младший брат • Хозяин • Мраморный дом • Центровой из поднебесья • Путешествие (киноальманах) • Пока безумствует мечта • Татьяна • Затоваренная бочкотара • Шут • Московская сага
Посвящения и память «Исторический роман» • «Сад» • Аксёнов-фест • Дом-музей в Казани
Библиография

ПРОЛОГ

Я познакомился с Геннадием несколько лет назад в Крыму, на берегу Коктебельской бухты, что недалеко от Феодосии. В парке уже заиграла музыка, уже зажглись фонари и всякого рода мошкара повела вокруг них свой бессмысленный, но красивый танец, а скала Хамелеон на восточном берегу бухты все еще была освещена закатным солнцем. В свою очередь молодой месяц уже висел в зеленоватом небе над горой Сюрюккая. Гора эта на первый взгляд кажется осколком Луны или какой-нибудь другой безжизненной планеты, но, приглядевшись, можно заметить, что она напоминает и тот профиль, который великий Пушкин часто рисовал на полях своих рукописей.

В тот год море съело коктебельские пляжи почти до самой бетонной стены, и для отдыхающих были устроены над водой дощатые помосты. Вот по такому помосту я и разгуливал почти в полном одиночестве, размышляя о морских животных, о горных цветах и минералах, о почтовых марках, автомобилях и о спортивных соревнованиях, потрясавших тогда все цивилизованное человечество.

Кроме меня, на помосте находился лишь один человек — рослый плечистый мальчик с умным и привлекательным лицом. Опершись на перила, он задумчиво смотрел в море, где по гребням бойких, беспорядочно прыгающих волн еще скользили розоватые блики заката, где иногда мелькали острые плавники дельфинов да кто-то мощно плавал стилем баттерфляй.

Пловец этот привлек мое внимание. Из воды ритмично вырывалась могучая спина. Взмахнув огромными руками, пловец бросался грудью на очередную волну и двигался вперед с удивительной скоростью.

— Не знаете, кто это там так здорово плавает? — спросил я мальчика.

— Это моя бабушка, — тихо ответил он.

— Бабушка?! — вскричал я. — Это удивительно.

— Ничего удивительного, — возразил мальчик. — До Великой Отечественной войны она была чемпионом Осоавиа-хима в плавании на сто метров баттерфляем. И по прыжкам с трамплина, — помолчав, добавил он.

Едва справившись с изумлением, я осторожно спросил:

— А во время войны?

— Во время войны ей пришлось, как и многим другим летчицам, служить в бомбардировочной авиации…

Бабушка тем временем совсем исчезла в быстро темнеющем море. Я покосился на мальчика. Он смотрел прямо перед собой за еще различимую черту горизонта. Отблеск молодого месяца стоял в его глазах. На груди его я заметил висящий на толстой цепочке якорек с припаянной к нему старинной монетой, похожей на испанский дублон XVI века.

— А вы почему не плаваете со своей бабушкой? — спросил я.

Он пожал плечами.

— Да так, не хочется…

— Может, не умеете?

Он быстро взглянул на меня и усмехнулся:

— Просто мне надоело плавать. За последний год мне это занятие немного прискучило.

Что-то таинственное послышалось мне в его голосе, когда он произнес эту довольно странную для мальчика фразу. Еще раз я посмотрел на него, и мне показалось, что он сейчас находится не на коктебельском пляже, а где-то в другом месте, где-то далеко, очень далеко, очень…

— А вы, я вижу, писатель, — проговорил он.

— Как вы догадались? — вновь поразился я.

— А вон у вас мозоль на указательном пальце правой руки. Такие мозоли есть у всех писателей. Конечно, у тех, кто пишет.

Удивлению моему не было конца.

— Позвольте, но как вы увидели эту мозоль в такой темноте?

— У меня довольно острое зрение.

— Ну хорошо, а если бы я писал на пишущей машинке?…

— Тогда я догадался бы по другим признакам.

— Фантастика! — воскликнул я. — Вы меня не разыгрываете?…

— Геннадий, — назвал он свое имя. Я тоже представился.

— Я достаточно хорошо воспитан, Василий Павлович, — сказал Геннадий, — чтобы не разыгрывать взрослых. — Он глянул в ночное уже море. — Бабушка возвращается.

В темноте слышались только музыка и голоса из парка да плеск волн.

— Все-таки разыгрываете меня, Геннадий…

— Да нет. Она уже в десяти метрах… Плывет под водой.

— Может быть, вы видите ночью, как днем? Может, вы так называемый никтолоп? — воскликнул я.

— Вы угадали, — просто ответил Геннадий.

Несколько секунд спустя бабушка с шумом вынырнула возле самой лестницы.

— Генаша, ты здесь? — спросила она низким девичьим голосом.

— I am here, granny! — ответил Геннадий с идеальным английским произношением и добавил на незнакомом мне языке: — Хава свимматоре ю лер?

— Бундербул вера оччи! — с жизнерадостным смехом ответила на том же языке бабушка и стала легко подниматься по лестнице.

Она была похожа на сильно увеличенную копию известной скульптуры «Девушка с веслом», но вблизи, однако, можно было разглядеть в ее лице следы былой красоты.

— Познакомься, бабуля, — сказал Геннадий. — Это писатель Василий Павлович.

— Очень приятно, — пророкотала бабушка, протягивая мне мокрую руку, — Стратофонтова Мария Спиридоновна. От нее пахло водорослями и здоровьем.

— Пойдемте к нам чай пить, — предложила она.

До утра засиделись мы тогда на веранде их дачи, и из рассказов Марии Спиридоновны и Геннадия сложилась такая поразительная история, что я счел своим долгом пересказать ее тебе, любезный читатель. Дай руку, мой благосклонный друг, и мы вместе вступим в мир удивительных приключений, которые, оказывается, еще происходят на нашей цивилизованной планете.

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector