Уходили в поход партизаны

В. Захаров – М. Исаковский

Исп.Н. Зайцева (Хор им.Пятницкого)

Ой, туманы мои, растуманы,
Ой, родные леса и луга!
Уходили в поход партизаны,
Уходили в поход на врага.

На прощанье сказали герои:
— Ожидайте хороших вестей! —
И на старой смоленской дороге
Повстречали незваных гостей.

Повстречали — огнем угощали,
Навсегда уложили в лесу
За великие наши печали,
За горючую нашу слезу.

С той поры да по всей по округе
Потеряли злодеи покой:
День и ночь партизанские вьюги
Над разбойной гудят головой.

Не уйдет чужеземец незваный,
Своего не увидит жилья.
Ой, туманы мои, растуманы,
Ой, родная сторонка моя! Zakharov — M. Isakovsky

Isp.N. Zaitseva (chorus im.Pyatnitskogo )

Oh, my fogs , rastumany ,
Oh, native forests and meadows !
Went hiking guerrillas
Went to war against the enemy.

In parting, told heroes
— Expect good news ! —
And the old Smolensk road
Met intruders.

Met — fire treated ,
Permanently laid in the forest
For our great sorrow,
For our flammable tear.

Since then, yes throughout the district to
Lost villains peace :
Day and night guerrilla blizzard
Roving buzzing over head.

Do not leave uninvited stranger ,
Not see their housing .
Oh, my fogs , rastumany ,
Oh, my dear storonka !

Уходили в поход партизаны

Как никогда, в годы Великой Отечественной войны обострились патриотические чувства советского народа. На бескрайних фронтах, на морских просторах агрессор встречал массовый отпор наших воинов. Не мог он чувствовать себя спокой6но и на захваченных территориях. В его тылу – на Украине и в Белоруссии – развёртывалась организованная подпольная работа и разгоралась партизанская борьба, которая нашла своё поэтическое отражение на страницах «Правды» в целом цикле стихов.

На тему партитзанской войны писали И. Уткин, Д. Бедный, О. Криницкая, П. Бровка, С. Маршак, М. Исаковский, М. Матусовский, С. Щипачёв, Я. Колас, партизан Ф. Рудь.

В «партизанских» стихах нарисована правдивая картина жизни на захваченных врагом территориях: сцены жестокости и разбоя, чинимого гитлеровцами, горе советских женщин, детей, стариков. Перед нами раскрывается героический образ народных мстителей, наводивших на врага животный страх:

Отряды мародёрские
Бежали в диком ужасе
При крике: Партизан!
(Д.Бедный «Партизаны, вперёд! – 12 июля 1941 г.)

Поэты не смогли проникнуть в глубину образа, в психологический мир сражающегося партизана. Да это и понятно: судьбами войны они были отдалены от непосредственного соприкосновения с реальной обстановкой на захваченной земле и от суровой партизанской действительности. Тем не менее, их стихи дают нам живое представление о деятельности партизан.

Различен подход поэтов-правдистов к изображению народных мстителей.

Вот перед нами стихотворение Михаила Матусовского «Партизан», опубликованное 17 февраля 1942 года. Романтический сюжет, балладный строй стиха передаёт нам былинный, чуть ли не сказочный облик партизана Дениса Петровича С. Здесь нет ни одной конкретной, личностной, присущей только данному человеку черты. Мы даже не знаем фамилии героя. Это лишний раз подчёркивает обобщённость образа, в котором воплотились лучшие, героические признаки народного героя. В нём мы видим неуёмную силу, буйную удаль и смелость, вездесущность и неуловимость. Он и могуч, как сама природа, и неукротим, как стихия. Но жжёт, уничтожает на своём пути он не бессознательно, словно огонь или вода. Он действует разумно как сознательный борец, он уничтожает своих врагов. На его лице отблеск неукротимой партизанской вольницы. Одной краской создаётся образ народного мстителя и образ очеловеченной природы. В том и другом горят краски богатырского, героического, величественного; то и другое противопоставлено врагу как могучая сила свободолюбивого народа:

Спит, как воин, богатырский лес.
Снег метёт. В два пальца свищут вьюги.
Партизан Денис Петрович С.
Третью ночь гуляет по округе.

Иной характер поэтики стихотворения «Партизан» у Михаила Исаковского. Повествование в нём, увидевшем свет 17 августа 1942 года, ведётся устами самого народного мстителя, участника партизанской борьбы:

Раздобыли мы винтовки,
Захватили пулемёт.
В преисподнюю путёвки
Немцам пишем круглый год.
Где штыком, где пулей меткой
Бьём баронов наповал.
Сто квадратных километров
Я один отвоевал.
Покосил я псов немало
И всегда готов косить…

В этом стихотворении нет той романтической окрашенности, как у Михаила Матусовского, нет яркой метафоризации. Интонация здесь – разговорная. Партизан рассказывает о своей борьбе не как о деле героическом, а как о повседневной, обыденной работе по уничтожению врага. Из текста произведения мы видим силу партизан, их непреклонность, твёрдую готовность воевать столько, сколько будет нужно для полного разгрома противника. Но и в этом стихотворении образ народных мстителей дан обобщённо, нет ещё философской осмысленности происходящих событий.

Интересна позиция поэта Михаила Исаковского. Партизаны в его произведении воюют не просто с немцами, а с немецкими баронами. В этом отношении стихотворение носит осознанно классовый, социальный характер. Ну а читатель должен понимать ещё, что не трудящиеся, не простой народ, а именно их эксплуататоры и развязывают захватнические войны.

При всём обобщённом, иллюстративном характере изображения партизанской войны поэты не могли не видеть во всей партизанской деятельности руководящей роли правящей партии и влияния ленинских идей. Этой мыслью наполнена прекрасная баллада Степана Щипачёва «Ленин», напечатанная в «Правде» 14 августа 1941 года. Содержание её общеизвестно. Заключение раскрывает бессмертие Ленина-вождя в героических делах наших современников:

Заторопились офицеры вдруг.
Вдали неясные мелькали тени;
То партизаны, замыкая круг,
Шли на врага.
И вёл их Ленин.

Уходили в поход партизаны»

«Уходили в поход партизаны»

Почти со всех сторон Большую Демерджи обложили леса. Особенно велик лес, что подступил с севера, подобрался к самой кромке плато Тырке. Басовитый, многоголосый гул наполняет ущелья, долины реки Бурульчи и ее многочисленных притоков.

Лес шумит. И шум его слышен высоко на скалах. Прислушайтесь: лес рассказывает о событиях, давно минувших, свидетелем которых он был. О многом рассказывает лес.

Совсем невнятен его рассказ о том, как давным-давно, в незапамятные времена, крался чащобами охотник в звериной шкуре с костяным дротиком в руке…

Но одно повествование звучит властно и четко. Оно о крымских партизанах, о Великой Отечественной войне.

В начале ноября 1941 года фашисты захватили Крым. Но он не покорился: сражался Севастополь, гремели бои у Керчи, тревожными буднями жили партизанские леса от Старого Крыма до Балаклавы.

Склоны и дальние отроги Тырке, верховья Бурульчи — исконно партизанские края.

Лесистые горы и ущелья, скалы и поляны еще в годы гражданской войны служили домом бойцам красного партизанского командира А. В. Мокроусова. И вот два десятилетия спустя снова хозяевами этих мест стали отважные люди, решившие в тылу врага продолжать беспощадную борьбу. И вновь их командующим стал Алексей Васильевич Мокроусов. Здесь же в лесу размещался областной комитет партии, руководивший борьбой крымских патриотов с фашистскими оккупантами.

Крутой и беспощадный нрав партизанского оружия хорошо знали оккупанты. Множество лишений, испытаний выпало на долю патриотов. Холод, голод, болезни, раны, смерть. Значительная часть продовольственных баз, заложенных в лесах до оккупации полуострова, вскоре оказалась в руках у врага. А зимы выпали ранние да суровые. Родина, как могла, заботилась о своих защитниках. Самолеты доставляли провиант, боеприпасы, эвакуировали, по возможности, тяжелораненых, больных, обессилевших. И все же нечеловечески тяжкой была жизнь партизан. Но они не сдавались. Ни лишения, ни муки, ни смерть не могли сломить их, заставить отказаться от борьбы с ненавистным врагом.

Расскажу только о делах партизан, базировавшихся в тыркенском лесу. Впрочем, необходимо объяснить выражение «базировавшиеся в тыркенском лесу». Дело в том, что главным районом базирования партизан был зуйский лес — лесной массив, лежащий между Долгоруковским плато и горой Караби. Тыркенский лес — в верховьях Бурульчи, на северных и северо-восточных склонах Тырке — это, по сути, южный угол зуйских лесов. А партизаны часто меняли дислокацию, уходя на новые места и возвращаясь на прежние, в зависимости от боевой обстановки.

Броски боевых групп были молниеносны и дерзки. Ничего не могли сделать фашисты, чтобы обеспечить безопасность передвижения по шоссе Симферополь-Алушта, Алушта-Судак. Постоянно нападали партизаны на колонны автомашин в районе устья речки Курлюк-Су и урочища Таушан-Базар. Устраивались завалы, разрушались мосты.

Несколько раз взлетал в воздух мост в Семидворненской балке. Патриоты не только минировали шоссе Симферополь-Феодосия, но и нападали на вражеские транспорты.

Партизаны не раз уничтожали фашистские гарнизоны в селах Ангара (Перевальное), Чавке (Сорокино), Толбаш (Опушки), Киль-Бурун, Эски-Сарай, Тавель (Пионерское), Розенталь (Ароматное), Новая Бурульча (Цветочное).

Во время активных боевых действий десятки сел освобождались от оккупантов. А 6 декабря 1943 года партизанами был взят районный центр Зуя. Освобождены люди, томившиеся в фашистских застенках в ожидании расправы, многие спасены от угона в Германию.

Минную войну вели крымские партизаны на железных дорогах. Боевые группы подрывников уходили в степь за десятки километров в многодневные рейды. Летели под откос поезда у Нижнегорского и Советского; временами магистраль между Симферополем и Джанкоем полностью выходила из строя. Еще дальше по тылам врага пробирались разведчики.

Но результаты зачастую были обратными: случалось, уходило к партизанам население целых деревень.

Враг был упрям и озлоблен. 27 декабря 1942 года трехтысячное войско вновь штурмовало в лесу плацдарм, где держали оборону двести патриотов. Гитлеровцы были уверены, что с партизанами теперь-то будет покончено. Десять часов шел бой.

Оккупанты и на этот раз мало чего добились. Поредевшие, но не разбитые отряды партизан снова вырвались из окружения и ушли в заповедные леса, за Чатыр-Даг. 29 декабря 1943 года против трех тысяч партизан фашисты двинули сорокатысячное войско. Тридцать шесть батарей (три дальнобойных) вели огонь по тыркенским и зуйским лесам. Не менее пятидесяти-шестидесяти бомбардировщиков сбрасывали смертоносный груз на склоны и отроги Тырке, на высоту 887, Колан-Баир, гору Яман-Таш, где размещались партизанские подразделения. Бой длился много дней.

Насмерть стояли герои, отражая по нескольку атак в день.

Последним бастионом партизан стала гора Яман-Таш. Но слишком неравны были силы, и, чтобы избежать разгрома, отряды покинули гору; выйдя в тыл карателей, патриоты сумели увести с собой и укрывавшихся в лесу мирных жителей, спасая их от неминуемой гибели…

Однажды отряд захватил село Чавке (Сорокино), уничтожил фашистский гарнизон, разгромил штаб. А потом бойцы пустили в воздух целый склад взрывчатки, предназначенной для уничтожения плотины Аянского водохранилища. Как давно это было! И как молоды они тогда были! Как им хотелось побродить в этих лесах просто так! Хотелось рвать цветы, слушать свист дроздов, стрекот синиц, а не очереди вражеских автоматов, крики сойки, а не истеричное «хальт». Хотелось видеть, как падают по осени на землю желуди, а не закопченные осколки фугасов, собирать грибы, а не укладывать мины. Хотелось любить, а не убивать, гулять на свадьбах, а не умирать.

Но они умирали. Умирали потому, что любили. Любили Родину, свой народ, свою землю.

Далеко на Феодосийское шоссе, атаковать фашистские автоколонны уходила группа Николая Федорова. Под Зуей вражеская пуля оборвала жизнь отважного командира.

Не дожил до радостного дня освобождения Крыма Василий Бартоша, о подвигах которого среди партизан ходили легенды.

Геройски пали Никита Бароненко, Иван Голиков, Петр Лещенко, Василий Зайцев, отец и сын Неклепаевы, Клава Юрьева, Ураим Юлдашев и многие, многие другие…

В этих лесах навсегда остались отважные сыны словацкого народа Венделин Новак, Франтишек Бабиц. Они храбро дрались за свободу Словакии, за Советский Союз, который в своей клятве нарекли Родиной родин.

Вот о чем рассказывает лес. Еще о многом другом может рассказать вам лесник Перевальненского лесничества А. А. Фролов, если повезет с ним познакомиться, Алексей Афанасьевич навсегда связал свою жизнь с лесом. Слишком много он для него значит.

Прошлое, настоящее, будущее. Без человека распадается связь времен. Без человеческой памяти, знания, любви.

«Победа. 1941 – 1945» – каталог архивных документов о Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.

Ой, туманы мои, растуманы!
Ой, родные леса и луга!
Уходили в поход партизаны,
Уходили в поход на врага.

На прощанье сказали герои:
«Ожидайте хороших вестей!»
И по старой Смоленской дороге
Повстречали незваных гостей.

Повстречали, огнем угощали,
Навсегда уложили в лесу
За великие наши печали,
За горючую нашу слезу.

Не уйдет чужеземец незваный,
Своего не увидит жилья!
Он, туманы мои, растуманы!
Ой, родная сторонка моя!

Хор им. М.Е. Пятницкого

Битва за Севастополь

© Федеральное архивное агентство, 2004 – 2019

Публикация образов архивных документов допускается только с письменного разрешения архивов, в которых они хранятся.

При публикации материалов сайта, упоминании и цитировании материалов обязательна ссылка на сайт с указанием интернет–адреса материала.

Нарушение исключительных прав влечет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector