Поход на Москву добровольческой армии деникина

Предыдущий Правда и ложь о «расказачивании» казаков
автор Голуб Павел Акимович
Следующий

4. ПОХОД НА МОСКВУ . НАВСТРЕЧУ КАТАСТРОФЕ

Уволенный с поста донского атамана генерал Краснов оставил свое «царство» в тяжелейшем состоянии. Созданный им террористический режим переживал самые мрачные времена. Спинной хребет режима — армия находилась в глубоком разложении. Ряд казачьих полков, оккупировавших юг Воронежской губернии, восстал против власти Краснова и его преступной политики и самовольно ушел на Дон.

Наступавшие советские войска освободили от мятежников более половины Донской области, устремляясь к Новочеркасску и Ростову. Дезертирство из деморализованных казачьих полков приняло характер повальной эпидемии. В одном из своих первых приказов новое руководство области — атаман А.П.Богаевский и командующий Донской армии В.И.Сидорин вынуждены были признать, что, несмотря на ряд приказов окружным, станичным и хуторским администрациям, «много малодушных казаков до сих пор безнаказанно скрываются по станицам, хуторам и селениям области, стремясь всеми способами уклониться от службы на фронте, лишь бы спасти себя» (Донские ведомости, 13(26) февраля 1919 г.). Это же подтвердил с крайним раздражением и генерал Деникин, в оперативном подчинении которого с 1919 года находилась Донская армия.

В одном из приказов того времени он буквально бился в истерике, заявляя: «Дальше этого терпеть нельзя: города, деревни и станицы переполнены дезертирами и уклоняющимися от военной повинности, в то время, как армия истекает кровью. » (Донские ведомости, 21 марта (2 апреля) 1919 г.). От казачьего «патриотизма», лицемерно воспетого Красновым, не осталось и следа.

Дон буквально кишел дезертирами — казаками и иногородними. Эта болезнь истощала Донскую армию. С лета 1918 года до весны 1919-го она в своем боевом составе сократилась примерно с 60 тыс. до 15 тыс. человек. Значительными были ее боевые потери. Краснов называл цифру в 30 тыс. павших в боях осенью и зимой 1918 года. Остальную убыль в 10—15 тыс. бойцов, вероятно, составили дезертиры. И Краснов, и Деникин с тревогой отмечали тяжелый кризис, который переживала Донская армия в конце 1918-го — начале 1919 года.

Новое руководство донской Вандеи под давлением Деникина и союзников не оставило идеи атаманов Каледина и Краснова въехать победителями в красную Москву на белом коне и потому начало рьяно разгребать «Авгиевы конюшни», оставленные после себя режимом Краснова. Подчеркнув, что борьба Краснова против дезертирства «не дала желательных результатов», оно объявило против этого «опасного порока» ожесточенную войну, которая затмила все прежние бессильные злобствования атамана Краснова. В ходе этой кампании раскрылась вся глубина разложения, которое переживал белоказачий режим после ухода Краснова. Это ярко высветил чрезвычайный приказ по искоренению массового дезертирства, изданный Богаевским и Сидориным 7 марта 1919 года. Ввиду его особой значимости приведем текст этого «исторического» документа чуть ниже почти полностью в назидание сочинителям фарисейских од во славу донской Вандеи.

На борьбу с дезертирством встал и запаниковавший Большой войсковой крут, заседавший в это время. Созданная им комиссия выработала программу мер по обороне и восстановлению боеспособности армии, которую всемерно поддержал новый атаман Богаевский. В целях ее реализации он в своем приказе предложил «к неуклонному исполнению» следующие меры:

«1. Из отрядов, сражающихся на фронтах, распоряжениями командующих фронтами выделить особые взводы, полусотни или сотни, составленные из надежных, безупречного поведения казаков, и которым придать военно-полевые суды. Задача этих отрядов в полосе до 50 верст глубиной собрать всех оставивших свои части воинских чинов; наиболее преступных из них судить и на месте приводить приговор в исполнение, а остальных вести с собой от селения к селению и доставлять беглецов в ближайшие воинские части, расположенные в полосе, откуда отряд выслан.

2. В тылу глубже 50-верстной полосы распоряжением окружных атаманов вылавливать дезертиров также особыми отрядами с приданными к ним военно-полевыми судами и членами Большого войскового крута. Задачи этих отрядов те же, что и в пункте 1-м сего приказа.

3. Временные полевые суды составить из 6 членов: 3 казаков и 3 выборных из числа подлежащих призыву того селения, где происходит суд.

4. Наказания, применяемые судом, должны быть только двух видов: 1) порка розгами или плетьми; 2) смертная казнь.

5. При определении наказания не стеснять судей никакими законами, а судить по целесообразности и по совести.

6. Разбор в суде и приведение приговора в исполнение — не более 24 часов с момента начала суда» (выделено мной. — П.Г.).

7. Наказываются поркой и крупным денежным штрафом и укрывающие дезертиров.

9. Вести учет в частях выловленных дезертиров и уведомлять их под расписку, что в случае повторения побега последует смертная казнь.

Приказ подписали атаман Богаевский и командующий Донской армией генерал Сидорин (см.: Донские ведомости, 23 февраля (8 марта) 1919 г.).

Чтобы те, кому следовало, поняли, что с ними власть не шутит, белоказачья Фемида без промедления издала «Положение о военно-полевых судах». Из этого документа следовало, что учреждались специальные «противодезертирные» суды «скорострельного» характера, которым было приказано руководствоваться не законами, а «целесообразностью», то есть им давался полный простор для беззакония. Подсудимые до есаула включительно присуждались к 50 ударам розгами или плетьми; офицеров судили специальные суды, приговаривавшие подсудимых к разжалованию в рядовые без права перевода в другие части. При повторении проступка тем и другим следовала смертная казнь. Дело в суде рассматривалось не более 3-х суток. Приговор подлежал исполнению через 24 часа. Принесение жалоб и ходатайств на приговор не допускалось (см.: Донские ведомости, 23 апреля (6 мая) 1919 г.).

В истории белого движения той поры было много жестоких приказов. Но подобных приведенному выше и способных соперничать с ним по бесчеловечности, пожалуй, найдется немного. Для белоказачьих верхов Дона приказ, объявлявший истребительную войну против массового дезертирства во имя спасения разлагавшегося режима, был своего рода приказом № 227, изданным за 20 с лишним лет до известного сталинского приказа «Ни шагу назад», появившегося в критические дни обороны Сталинграда во имя защиты советского народа от фашизма. Политические цели у этих приказов были прямо противоположны, но накал борьбы противостоящих сил они выражали очень наглядно. Апологеты донской Вандеи, как и их союзники из лагеря нынешней «демократии», очень любят клеймить Советскую власть за жестокость, проявленную в года Великой Отечественной войны по отношению к изменникам, дезертирам и трусам, ссылаясь часто на приказ № 227. Но они при этом фарисейски обходят, как кот горячую кашу, драконовские приказы белых режимов, подобные процитированному выше приказу вождей донской Вандеи Богаевского и Сидорина. Этот их приказ придал террору вандейцев высший накал с введением заградотрядов, карательных команд, штрафбатальонов, военно-полевых судов, телесных экзекуций и смертной казни.

Бурная мобилизационная лихорадка, охватившая Дон после отставки Краснова и его команды, затронула буквально все стороны жизни, связанные с ведением войны. Режим в первую очередь зверски обрушился против дезертиров, устраивая на них облавы, как на диких животных. По станицам и хуторам рыскали карательные и заградотряды, безостановочно работала машина военно-полевых судов, гремели залпы карателей, расстреливавших «беглецов» от войны. Правительственная газета «Донские ведомости» печатала на целые страницы списки дезертиров — казаков и иногородних, которых призывали явиться в части, иначе их ждали военно-полевой суд и смертная казнь. Так, 29 марта был опубликован список 86 казаков-дезертиров и список 134 иногородних-дезертиров. «Всем станичным, волостным, хуторским и сельским властям, — говорилось в документе, — принять энергичные меры для розыска и ареста ниже поименованных лиц. Не явившиеся (до 1 -IV) будут преданы вместе с укрывающими их военно-полевому суду» (Донские ведомости, 29 марта (11 апреля) 1919 г.). На следующий день список иногородних-дезертиров увеличился до 449 человек. И это только по одному Черкасскому округу.

Дезертирство, как выражение массового народного недовольства преступной войной, зверски подавлялось режимом атамана Богаевского, который, вступая во власть, клялся, что он истинный сторонник «народоправства». Своим приведенным выше приказом атаман-«либерал» дал еще одно подтверждение правильности вывода генерала Деникина о том, что у донских политиков «приверженность к демократическим лозунгам» зачастую покрывала «далеко не демократическую сущность».

Усиливая войну против дезертирства, власть предпринимала чрезвычайные меры по ликвидации провалов Краснова в материальном обеспечении фронта. Последовали кампании по реквизиции для фронта белья, обуви, верхней одежды, кухонной, чайной, столовой посуды и постельных принадлежностей в городах Новочеркасске, Ростове, Нахичевани, Александровске-Грушевском, Азове, Таганроге и Дмитровске. Реквизиция была объявлена бесплатной. Уклонявшиеся от сдачи вещей подвергались штрафу в 5 ООО руб. или тюремному заключению на 3 месяца (см.: Донские ведомости, 7(20) марта 1919 г.).

В результате жесточайшего нажима новых правителей Дона многие провалы, допущенные при «блистательном» правлении атамана Краснова, удалось выправить. Выловленными дезертирами и дополнительными мобилизациями Донская армия была значительно пополнена. Ее численность, по данным генерала Деникина, возросла с 15 тыс. в начале 1919 года до 45 тыс. в августе 1919 года (см.: Белое движение: начало и конец. с. 116). Улучшилось ее снабжение вооружением и боеприпасами, другими материальными средствами, в достатке доставленными союзниками. Как свидетельствовал тот же Деникин, войска, находившиеся под его командованием и нацеленные для наступления на Москву, с марта 1919 года получили от Великобритании 558 орудий, 12 танков, более 1,6 млн. снарядов, 160 млн. русских патронов и 250 тыс. комплектов обмундирования и снаряжения. «Недостаток в боевом снабжении, — признавал Деникин, — с тех пор мы испытывали редко» (Деникин А.И. Очерки русской смуты. т. 4, с. 86). Но главное, боевая сила донских вандейцев значительно возросла с приходом на Дон Добровольческой армии Деникина, вместе с которой они в июле 1919 года двинулись на Москву, к чему так долго готовились атаманы Каледин и Краснов.

Донская армия, сведенная в четыре корпуса, согласно известной Московской директиве Деникина, получила приказ наступать на Москву по двум направлениям: 1) Воронеж-Козлов-Рязань и 2) Нижний Оскол-Елец-Кашира (см.: Белое движение: начало и конец. с. 104). Донская кавалерия составила в армии Деникина наиболее многочисленную и боеспособную ее часть. Однако при всем этом она, по отзыву Деникина, страдала опасной болезнью — сепаратизмом, что негативно отразилось на ходе и исходе всего наступления на Москву. «Донская армия, — жаловался Деникин, — представляла из себя нечто вроде «иностранной-союзной». Подчиняясь Деникину только в оперативном отношении, командование Донской армии оказывало ему зачастую пассивное сопротивление. «Переброска донских частей в мой резерв и на другие фронты, — вспоминал Деникин, — встречала большие затруднения, ослушание частных начальников, как, например, ген. Мамонтова, повлекшее чрезвычайно серьезные последствия, оставалось безнаказанным». Во всем этом проявлялось тяготение к преимущественной защите донских границ во вред общей стратегии (см.: там же, с. 191). В течение всего наступления войск Деникина на Москву это «тяготение» проявлялось в том, что донские части, занимавшие правый фланг армии Деникина, явно тяготели к защите границ Донской области, боялись оторваться от них, нарушая тем самым общую стратегию наступления.

Единственным исключением из этого правила явился рейд корпуса Мамонтова по тылам советского Южного фронта. Но и он, в конечном счете, подтвердил то же самое. Рейд корпуса начался в середине августа 1919 года прорывом фронта между Борисоглебском и Бобровом. 18 августа был захвачен Тамбов, 23-го — Козлов, 28-го — Лебедянь. Узнав о неудаче 3-го Донского корпуса в районе Коротояка, Мамонтов самовольно поворачивает ему на выручку, помогает захватить Коротояк, затем важный железнодорожный узел Лиски. Этим, по мнению Деникина, и ограничился его вклад в положительное изменение ситуации на фронте. Перед корпусом отрылись свободные пути и его многоверстные обозы с награбленным имуществом потянулись на Дон. Из 7 тыс. сабель в корпусе едва осталось до 2 тыс. бойцов, остальные с добычей ушли домой (см.: Деникин А.И. Очерки русской смуты, т. 5. с. 122). Полуразвалившийся корпус приказом Деникина был передан из Донской в Добровольческую армию. Но командующий Донской армией Сидорин выступил с сердитым протестом, и корпус снова вернули в Донскую армию, а Мамонтова строптивые донцы возвели в народные герои.

Как показало время, едва ли не самым главным мотивом рейда корпуса стал захват в советском тылу огромной добычи в виде материальных ценностей. Оценивая позже итоги рейда Мамонтова, Деникин писал: «Мамонтов мог сделать несравненно больше: использовать исключительно благоприятную обстановку нахождения в тылу большевиков конной массы и, сохранив от развала свой корпус, искать не добычи, а разгрома живой силы противника, что несомненно вызвало бы новый крупный перелом в ходе операции» (Белое движение: начало и конец. с. 121). И дополнял: «Обремененный огромным количеством благоприобретенного имущества (апологеты исчисляли обозы корпуса в 60 верст), корпус не мог уже развивать энергическую боевую деятельность» (там же, с. 120). Действия Мамонтова ошибочными позже признал и начальник оперативного управления штаба Донской армии полковник В.Добрынин. Он писал: «К сожалению, нужно признать ошибочным поворот корпуса на юг». Движение на Москву дало бы, по его мнению, несравненно больший результат (см.: Добрынин В. Борьба с большевиками на Юге России. — Прага, 1921, с. 81).

В этот критический момент на полях сражений появилась сила, оказавшая решающее воздействие на ход вооруженной борьбы в пользу советской стороны, в лице конного корпуса С.М.Буденного (в ноябре 1919 г. преобразованного в 1-ю Конную армию) и сводного конного корпуса Б.М.Думенко. Тем самым острая нехватка кавалерии в советских войсках была частично восполнена. Особенно важным было то, что в сражения с белоказаками и офицерами-добровольцами вступали ранее расказаченные красные казаки и иногородние Дона и Кубани. В свое время изгнанные из родных станиц казачьим кулачеством за свои революционные настроения, они отличались высоким моральным духом и хорошей боевой подготовкой. Как видим, злобная кампания казачьих верхов по расказачиванию красных казаков, в свое время развернутая атаманом Красновым, «аукнулась» для этих верхов рождением той силы, которая очень помогла разгрому белоказачьей Вандеи. По данным белоказачьих штабов, конница Буденного насчитывала до 15 тыс. бойцов, конница Думенко — 5 тыс. И укомплектованы они были главным образом донскими и кубанскими казаками (см.: Добрынин В. Указ. соч., с. 95).

Генерал Шкуро, испытавший на своей шкуре мощь ударов кавалеристов Буденного, состоявших преимущественно из донских, кубанских и терских казаков, в свое время изгнанных из своих родных станиц за причастность к большевизму, отмечал их поразительное упорство в преследовании противника, то есть шкуровцев (см.: Трагедия казачества. с. 96). Со Шкуро был согласен и генерал Деникин. При этом он отмечал высокую боеспособность и маневренность кавалерии Буденного и Думенко по сравнению с пехотой. «Конница Буденного и Думенко, — писал он, — состоявшая главным образом из донских и кубанских казаков, рвавшихся в родные места, не потеряла боеспособности и активности. » (Деникин А.И. Очерки русской смуты, т. 5. с. 218).

Появление конницы Буденного вызвало панику в командных кругах белогвардейцев. Генерал Шкуро отмечал: «В лице кавалерии Буденного вошел в игру новый и серьезный противник». Бои вокруг Воронежа, который удерживал Шкуро, развертывались, по его признанию, «с инициативой на стороне Буденного» (Трагедия казачества. с. 95). «Донское командование потребовало, чтобы я перешел в наступление и разбил Буденного. Это было совершенно непосильно для меня. Что мог сделать я с моими 5 ООО шашек против 15 ООО свежей конницы Буденного». Шкуро категорически отказался выполнять это требование (см.: там же).

Он поспешил в Харьков в штаб Добровольческой армии, где рассчитывал встретить Деникина, чтобы убедить его немедленно принять меры для ликвидации корпуса Буденного. В Харькове Деникина не застал, вел переговоры с начальником штаба и генерал-квартирмейстером Добровольческой армии. Запаниковавший Шкуро старался убедить их в том, что «конная армия Буденного представляет для нас неотвратимую опасность; доказывал необходимость, не теряя времени, напрячь все усилия, чтобы покончить с ним, хотя бы для этого пришлось отвлечь силы с других участков фронта и отдать вследствие этого территорию даже до Ростова» (там же, с. 98).

План Шкуро был высокомерно отвергнут штабом Деникина. Было решено создать конную ударную группу из наличных сил кавалерии численностью в 10 тыс. сабель под командованием кубанского генерала Улагая. Но из этой затеи ничего не вышло ввиду измотанности белоказачьей кавалерии, в то время как корпус Буденного наращивал сокрушительные удары по войскам Деникина. Так, штаб Донской армии сообщал, что перед конницей Буденного корпус Мамонтова «отходил без особых боев». Донское командование побуждало свою конницу к активным действиям, вплоть до отрешения от должности высших начальствующих лиц, но «ничего сделать не могло, так как конница не исполняла приказов об атаке конницы противника и неудержимо катилась на юг» (Добрынин В. Указ. соч., с. 94).

В ряде успешно проведенных операций — Курско-Орловской, Воронежско-Касторненской, Харьковской, Хоперо-Донской, Росто-во-Новочеркасской Конная армия Буденного и сводный конный корпус Думенко проявили себя как главная ударная сила советских войск. При всемерной поддержке стрелковых советских дивизий они внесли решающий вклад в разгром армии Деникина. 7 января 1920 года кавалеристы корпуса Думенко овладели Новочеркасском, а 10 января конники Буденного освободили Ростов (см.: Гражданская война в СССР. — М., 1986, т. 2, с. 197).

Белогвардейское командование, используя благоприятные погодные условия (весеннюю распутицу) и выгодные для обороны водные рубежи Дона и Маныча, решило остановить на этих рубежах победное наступление советских войск и перейти в решительное контрнаступление. Состоялось крупнейшее за всю Гражданскую войну встречное сражение кавалерийских частей (с обеих сторон в нем участвовало до 25 тыс. кавалеристов), в ходе которого 1-я Конная армия и ударная группа 10-й армии нанесли деникинцам тяжелейшее поражение, в том числе и 1—4-му корпусам Донской армии.

Судьба войск Деникина была уже фактически решена. Их уцелевшие остатки хлынули в Новороссийск для эвакуации за границу, или в Крым под начало барона Врангеля, чтобы вскоре повторить кошмарное бегство уже из Крыма, подобное новороссийской катастрофе.

Поражение деникинской армии обнажило все время сохранявшиеся подспудно острые противоречия между «великодержавником» Деникиным и казачьими верхами Дона, Кубани и Терека, неизлечимо болевшими национально-местническим сепаратизмом. Это проявилось в попытках создания еще в октябре 1917 года Калединым Доно-Кавказского союза, продолженных затем режимами Краснова и Богаевского; в постоянных столкновениях между генералами Красновым и Деникиным по вопросам о формах государственного устройства России; в жестокой расправе деникинцев с сепаратистским руководством Кубанской краевой рады (октябрь-ноябрь 1919 г.); в решении казачьего Верховного круга Дона, Кубани и Терека перед бегством из Екатеринодара (март 1920 г.) о разрыве соглашения с Деникиным о совместной борьбе против большевиков и организации самостоятельной обороны казачьих областей. Ко времени эвакуации белогвардейских сил из Новороссийска отношения между Деникиным и командованием Донской армии обострились до последней степени. Командующий Донской армией генерал Сидорин в момент панического отступления измотанных в боях донских частей, стремившихся быстрей эвакуироваться, примчался к Деникину и потребовал погрузки донцов на суда, пригрозив «в случае отказа грузить донские части застрелить Деникина» (Гордеев А.А. История казачества. — М., 2006, с. 628). Угрозы мало помогли Сидорину. Остатки Донской армии (около 27 тыс. штыков и сабель) были блокированы в районе Сочи кавбригадой 1-й Конной армии и частями 9-й советской армии, около 15 тыс. было взято в плен, 12 тыс. удалось уйти в Крым (см.: Гражданская война в СССР. т. 2, с. 209).

Собравшиеся в Крыму остатки Донской армии были сведены Врангелем в 3-й Донской корпус под командованием генерала Абрамова. Корпус участвовал в сражениях в Северной Таврии, в обороне Чонгарского перешейка, но с плачевным концом. Обреченность авантюры Врангеля становилось для белоказаков все более очевидной. О бесполезности дальнейшего кровопролития заговорили даже в верхах донских белоказаков. Штабная газета «Донской вестник» заявила об этом откровенно. Такая пораженческая акция вызвала взрыв гнева со стороны Врангеля. Он предал военно-полевому суду бывших командующего Донской армией генерала Сидорина и начальника штаба армии генерала Кельчевского, а также редактора газеты дю-Шайла. Подсудимые генералы были разжалованы в рядовые, и суд приговорил их к бессрочной каторге. Но Врангель, видимо, побоялся гнева донцов и заменил приговор всем троим высылкой за границу (см.: Лунченков И. За чужие грехи (казаки в эмиграции). — М.-Л., 1925, с. 20). Кельчевский до самой смерти издавал в Берлине просоветский журнал «Война и мир», а дю-Шайл работал в организации Ф.Нансена по репатриации.

Тем временем авантюра Врангеля в Крыму окончилась катастрофой, как и поход Деникина на Москву. Бегство врангелевцев из Крыма превратилось в настоящий кошмар. По наиболее полным сведениям, из Крыма эвакуировалось около 150 тыс. человек, в том числе до 70 тыс. солдат и офицеров и приблизительно 80 тыс. беженцев (см.: Гражданская война в СССР. т. 2, с. 316).

Для эвакуированных белогвардейских войск началось в Европе подлинное хождение по мукам. Голод, холод, холера, циничное равнодушие — всем этим ответила неблагодарная Европа на страдания десятков тысяч людей, которым она многим была обязана в годы Первой мировой войны. «В Галлиполи и на Лемносе 50 тыс. русских, оставленных всеми, являлись на глазах у всего мира живым укором тем, кто пользовался их силой и кровью, когда они были нужны, и бросили их, когда они впали в несчастье», — гневно возмущались два белоэмигрантских автора (ВХДаватц и Н.Н.Львов) в книге «Русская армия на чужбине», изданной в Белграде (1923, с. 30). Остров Лемнос был по праву назван «островом смерти». И в Галлиполи жизнь, по отзывам его обитателей, «казалась порой беспросветным ужасом» (там же, с. 105).

С мая 1921 года начался переезд эмигрантов в славянские страны, но и там жизнь у них была горькой. В массах белоэмигрантов наступало прозрение. О том, как и чем жила белоказачья эмиграция, как зарождалось и ширилось патриотическое движение среди казачьей эмиграции за возвращение на родину, очень искренне и правдиво рассказал один из эмигрантов казак И.Лунченков в своей книге «За чужие грехи (казаки в эмиграции)». Она вышла в СССР в 1925 году с восторженным отзывом командарма 1-й Конной С.М.Буденного. Прославленный командарм писал в предисловии: «Книгу И.Лунченкова, являющуюся поистине его исповедью, я горячо рекомендую прочесть каждому труженику — казаку, крестьянину и рабочему. Когда-то заблуждавшиеся, а теперь прозревшие, они — к их числу принадлежит и автор книги — по заслугам бичуют своих бывших «вождей», искренне раскаиваются в совершенных ранее перед Советской властью ошибках» (Лунченков И. Указ. соч., с. 4—5).

Движение среди казачьей эмиграции за возвращение на родину, за разрыв с продажной генеральской верхушкой получило подлинно массовый характер. Патриотические силы этого движения создали в Болгарии свою организацию «Союз возвращения на родину» («Совнарод»), наладили издание газет «На родину» и «Новая Россия». Их агитация имела большой успех. За 10 лет (с 1921-го по 1931 г.) из Болгарии вернулось на родину 181,5 тыс. казаков и беженцев (см.: Русская военная эмиграция 20—40-х годов. Документы и материалы. — М., 2001, т. 2, с. 440—441).

Стремление возвратиться на родину среди рядовой массы казачества и солдат оказалось настолько сильным, что оно захватило даже и некоторую часть белых генералов и офицеров. Большой резонанс тогда вызвало обращение группы генералов и офицеров «К войскам белых армий», в котором они заявили о крахе агрессивных планов белогвардейцев, о признании Советского правительства и готовности служить в Красной Армии. Обращение подписали генералы А.С.Секретев (бывший командир донского корпуса, прорывавшего блокаду Вешенского восстания), Ю.Гравицкий, И.Клочков, Е.Зеленин, а также 19 полковников, 12 войсковых старшин, 4 сотника и др. (Лунченков И. Указ. соч., с. 180). В их обращении говорилось: «Солдаты, казаки и офицеры белых армий! Мы, старые ваши начальники и соратники по прежней службе в белой армии, призываем вас всех честно и открыто порвать с вождями белой идеологии и, признав существующее на родине Правительство СССР, смело ехать на родину. Каждый лишний день нашего прозябания за границей отрывает нас от родины и дает повод международным авантюристам строить свои предательские авантюры на наших головах. Мы должны решительно отмежеваться от этого низкого и подлого предательства нашей родины и всякого, у кого не заглохло чувство любви к отчизне, быстрее присоединяться к трудящимся России. Да здравствует СССР. Да здравствует Рабоче-Крестьянская Красная Армия!» (там же, с. 179—180).

Возвращение в СССР многотысячной, более сознательной части военной эмиграции, состоявшей преимущественно из рядовых казаков и солдат, подводило как бы окончательный итог недавно отгремевшей Гражданской войне в России. Оно подтвердило перед всем миром правоту и величие дел тех, кто в рядах Красной Армии защитил завоевания Великого Октября, включая десятки тысяч красных казаков, воевавших под началом Буденного, Думенко, Блинова, Миронова и других военачальников. Десятки тысяч возвратившихся на родину перед лицом всего мира признали неправедный, антинародный характер Гражданской войны со стороны вождей белого движения, раскаялись в поддержке их преступных планов и заявили о готовности загладить свою вину перед трудящимися СССР честным трудом на благо родины. Массовая реэмиграция военных сорвала планы Врангеля, Краснова, Богаевского и их сторонников развязать в России с помощью империалистов Запада новую гражданскую войну, хотя от прежней войны страна все еще не могла прийти в себя. Наступили другие времена

Наступление армии Деникина

Вооруженные силы Юга России (ВСЮР) были образованы 8 января 1919 г. в результате соглашения между командующим Добровольческой армией генералом А.И. Деникиным и атаманом Донского казачьего войска генералом П.Н. Красновым. Наличие казачьей конницы и хорошо подготовленных военных кадров позволило деникинцам овладеть Донбассом и Областью войска Донского, занять большую часть Украины. Попытки советских войск контратаковать противника в ходе августовского наступления 1919 года не увенчались успехом. В августе – сентябре оборона РККА была дезорганизована рейдом Мамонтова. В октябре ВСЮР заняли Орёл, создав угрозу Туле и Москве. Наступление ВСЮР было остановлено, а затем сменилось стремит. отступлением вследствие предпринятого руководством РККА контрнаступления Южного фронта. Оно было осуществлено после крупных мобилизаций в РСФСР и создания Первой конной армии, которая позволила ликвидировать преимущество ВСЮР в кавалерии.

БЕЛОЕ ДВИЖЕНИЕ НА ДОНУ

Уже в конце в конце 1917 в Донскую область стали пробираться активные противники новой власти – офицеры, генералы Л.Г.Корнилов, А.И.Деникин, А.С.Лукомский, лидеры кадетов.

А.М.Каледин, избранный в 1917 на большом войсковом круге атаманом Донского казачества, призвал казачьи войска к борьбе с правительством большевиков. 2 ноября (по старому стилю) 1917 в Новочеркасске появился бывший начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал М.В.Алексеев. На Дону они стали формировать Добровольческую армию, ставшую ядром белогвардейских войск на юге России. Каледин стягивал казачьи войска к Ростову, к ним присоединились офицерские отряды добровольцев. Захватив Ростов, они повели наступление на Север, на Донбасс. Однако население Донской области не поддержало Каледина. Осознав, что поднятое им восстание обречено, Каледин сложил свои полномочия и застрелился.

Вожди белого движения считали Дон районом, из которого можно будет начинать вооруженную борьбу против большевистского правительства, но они переоценили возможности, которые для этого давала область Войска Донского. Присутствие Добровольческой армии породило в казачьей среде страх неминуемого нашествия большевистских войск, к тому же началось разложение формирований добровольцев, оно коснулось и казачьего войска. Добровольческая армия своей территории не имела, была в зависимости от донского, а позже от кубанского правительства, с которым шла борьба из-за его «самостойности». К тому же начались острые противоречия между лидерами добровольцев Корниловым и Алексеевым. В конце концов Корнилову была вручена военная власть и командование Добровольческой армией, его заместителем стал генерал Деникин. Генерал Алексеев и большинство командного состава являлись монархистами, но вынуждены были скрывать свои реставрационные намерения. Наступление Красной Армии на Донскую область вынудило Добровольческую армию покинуть Дон. Армия отодвинулась к Екатеринодару, столице Кубанского казачьего войска, но раньше, чем она подошла к городу, в нем установилась Советская власть. По приказу Корнилова начался штурм Екатеринодара, закончившийся поражением Добровольческой армии, Корнилов был убит снарядом, попавшим в дом, где размещался его штаб. Новый главнокомандующий генерал Деникин овладел Екатеринодаром, этот город стал столицей созданного на юге антибольшевистского правительства – «Особого совещания».

Основной целью режима Деникина было свержение власти большевиков и восстановление «единой и неделимой» России. Провозглашенная им политика встретила враждебное отношение национально-государственных образований, уже появившихся на окраинах распавшейся Российской империи. Она оттолкнула от него общественные круги и население многих национальных районов. Обещание Советского правительства признать за всеми народами права на неограниченное национальное самоопределение «вплоть до отделения» подняло его престиж и привлекло массы населения нерусских национальностей, что способствовало росту недоверия к Деникину и его правительству.

Кардинальным вопросом в политике Деникина был аграрный. Он не сумел (или не хотел) его использовать для завоевания крестьян на свою сторону. Характерен его приказ О третьем снопе», по которому треть собранного зерна поступала возвратившимся помещикам.

Крестьяне не поддержали режим Деникина, более того, против него развернулось партизанское движение, наносившее удары по тылам продвигавшейся на север Добровольческой армии. Не имея у себя прочного тыла и источников необходимых материальных средств и крупных резервов, Деникин не питал радужных надежд на общероссийскую победу.

ДЕНИКИН О ПРИЧИНАХ ПОРАЖЕНИЯ

Мы занимали огромные пространства, потому что, только следуя на плечах противника, не давая ему опомниться, устроиться, мы имели шансы сломить сопротивление превосходящих нас численно его сил. Мы отторгали от советской власти плодороднейшие области, лишали ее хлеба, огромного количества военных припасов и неисчерпаемых источников пополнения армии. В подъеме, вызванном победами, в маневре и в инерции поступательного движения была наша сила. Истощенный многими мобилизациями Северный Кавказ уже не мог питать надлежаще армию, и только новые районы, новый прилив живой силы могли спасти ее организм от увядания.

Мы расширяли фронт на сотни верст и становились от этого не слабее, а крепче. Добровольческая армия <53>к 5 мая в Донецком бассейне числила в своих рядах 9600 бойцов. Невзирая на потери, понесенные в боях и от болезней, к 20 июня (Харьков) боевой состав армии был 26 тысяч, к 20 июля (Екатеринослав — Полтава) — 40 тысяч. Донская армия, сведенная к 5 мая до 15 тысяч, к 20 июня насчитывала 28 тысяч, к 20 июля — 45 тысяч. Для наступления в киевском направлении в конце июля от Добровольческой армии отделилась группа всего в 6 тысяч. В начале июня с Ак-Манайских позиций начал наступление 3-й армейский корпус силою около 4 тысяч, который, пополняясь по пути, прошел весь Крым, вышел на Херсон и Одессу и составил группу войск Новороссийской области под начальством генерала Шиллинга, к 20 сентября увеличившуюся до 16 тысяч.

Состав Вооруженных сил Юга с мая по октябрь возрастал последовательно от 64 до 150 тысяч<54>. Таков был результат нашего широкого наступления. Только при таком условии мы имели возможность продолжать борьбу. Иначе мы были бы задушены огромным превосходством сил противника, обладавшего неисчерпаемыми человеческими ресурсами. Наконец, движение к Киеву приводило нас к соединению с противобольшевистской польской армией, что значительно сокращало фронт и должно было освободить большую часть войск Киевской области и Новороссии для переброски их на гомельское и брянское направления.

Теория говорит о закреплении рубежей, практика гражданской войны с ее огромными расстояниями и фронтами, с ее исключительным преобладанием психологии не только в армиях, но и в населении пораженных войной областей свидетельствует о непреодолимой трудности и зачастую полной негодности метода позиционной войны. Разлив Донца задержал наступление 8-й и 9-й советских армий в феврале, Царицынская укрепленная позиция остановила движение генерала Мамонтова и первый налет генерала Врангеля. Но, снабженный некоторой техникой, генерал Врангель в два дня покончил с «Красным Верденом». Добровольческая армия без труда справилась с «крепостными зонами» Харькова и Екатеринослава. Шкуро и Бредов форсировали широкий Днепр. Разбухшая Кубань не остановила русских армий, отступавших к Черному морю, а идеальный, исключительный по конфигурации и природным свойствам, «неприступный» оборонительный рубеж крымских перешейков оказался паутиной в трагические дни осени 1920 года.

Освобождение нами огромных областей должно было вызвать народный подъем, восстание всех элементов, враждебных советской власти, не только усиление рядов, но и моральное укрепление белых армий. Вопрос заключался лишь в том, изжит ли в достаточной степени народными массами большевизм и сильна ли воля к его преодолению? Пойдет ли народ с нами или по-прежнему останется инертным и пассивным между двумя набегающими волнами, между двумя смертельно враждебными станами.

В силу целого ряда сложных причин, стихийных и от нас зависевших, жизнь дала ответ сначала нерешительный, потом отрицательный.

А.И. Деникин. Очерки русской смуты

Глупость беспартийную выкинь!

Если хочешь жить с другими вразброд —

всех по очереди словит Деникин,

всех сожрет генеральский рот.

2. Если ж на зов партийной недели

придут миллионы с фабрик и с пашен —

рабочий быстро докажет на деле,

что коммунистам никто не страшен.

РЕЙД ГЕНЕРАЛА МАМОНТОВА

Мамонтова рейд 1919 – действия белоказачьей конницы под командованием ген.-л. К.К.Мамонтова в тылу сов. войск Южного фронта в августе — сентябре, во время Гражданской войны в Сов. России. Имел целью дезорганизовать сов. тыл и сорвать подготовку наступления Юж. фронта. Утром 10 августа 4-й Донской конный корпус Мамонтова (6 тыс. сабель, 3 тыс. штыков, 12 op., 7 бронепоездов, 3 броневика) прорвал фронт сов. войск на слабо прикрытом стыке 8-й и 9-й армий (р-н Новохопёрска) и начал продвижение в тыл сов. войск. 18 авг. белоказаки захватили Тамбов, 22 авг.— Козлов (Мичуринск). На своём пути мамонтовцы разрушали жел. дороги, мосты и узлы связи, грабили население, захватывали склады и базы Юж. фронта, зверски расправлялись с сов. и парт, работниками. ЦК партии, Совет обороны, В. И. Ленин приняли решительные меры по ликвидации М. р.: 6 губерний (Рязанская, Тульская, Орловская, Воронежская, Тамбовская, Пензенская) объявлялись на воен. положении, во всех уездах, крупных городах и на ж.-д. станциях этих губерний создавались революц. к-ты, на к-рые возлагалась задача мобилизации сил и средств для обороны губерний и подавления возможных контрреволюц. выступлений. Общее руководство деятельностью ревкомов возлагалось на Реввоенсовет Республики. Для борьбы с конницей Мамонтова РВС Юж. фронта с помощью парт, и сов. организаций создал внутр. фронт (командующий M. M. Лашевич), включив в его состав ок. 10,5 тыс. штыков, 1,5 тыс. сабель, авиацию и бронепоезда фронта, а также подчинив ему сформированные местными сов. учреждениями добровольч. отряды и части особого назначения общей численностью ок. 11 тыс. чел. Оказавшись в окружении сов. войск и будучи отягощены большими обозами награбленного имущества, белоказаки утратили прежнюю манёвренность, дисциплину и с трудом пробивались к линии фронта. 31 авг. после упорного боя мамонтовцы заняли Елец, 6 сент.— Грязи, а 11 сент.— Воронеж. Это был их последний успех. 12 сент. сов. части выбили белоказаков из Воронежа и нанесли им тяжёлый урон (из 9 тыс. чел. осталось лишь 2 тыс.). 18—19 сент. остатки корпуса Мамонтова сумели прорваться через фронт окружения (между Старым Осколом и Коротояком) и соединиться с конным корпу- сом ген. А. Г. Шкуро, брошенным А. И. Деникиным на спасение мамонтовцев. Продолжавшийся 40 дней М. р. причинил нар. х-ву Тамбовской и Воронежской губерний большой ущерб, отвлёк часть сил Юж. фронта на борьбу с белоказаками, но осн. цели — сорвать подготовку наступления сов. войск — не достиг: оно началось 14—15 авг. Борьба с белоказачьей конницей Мамонтова, а также с др. конными формированиями врага подтвердила важное значение конницы в Гражд. войне. Учитывая этот опыт, сов. командование ускорило формирование кав. соединений и объединений.

РОЛЬ МАХНО В ПОРАЖЕНИИ АРМИИ ДЕНИКИНА

Выход Добровольческой армии на Украину встревожил Польшу, чью независимость ни Колчак, ни Деникин так и не признали. Поляки временно прекратили боевые действия против Красной армии, в результате чего советское командование смогло перебросить дополнительные силы на московское направление.

И еще одно обстоятельство ослабило тыл ВСЮР. Повстанческая армия Махно 26 сентября под Уманью нанесла украинской группировке Добровольческой армии крупное поражение и двинулась в рейд, выбив деникинцев из Кривого Рога, Никополя, Мелитополя и нескольких других городов, захватив главные артиллерийские склады Добровольческой армии в районе Волноваха — Мелитополь, а в конце октября овладев Екатеринославом. В махновскую армию вступали крестьяне, недовольные продразверсткой и реквизицией всех воюющих сторон, привлеченные возможностью пограбить и не желавшие служить ни белым, ни красным.

Махновцы сражались обычно против тех, кто в данный момент одерживал верх в Гражданской войне и пытался занять их вотчину — часть Южной Украины с центром в Гуляй-Поле. Их рейд по деникинским тылам, наряду со многими другими факторами, сделал поражение Добровольческой армии на подступах к Москве лишь вопросом времени.

20 сентября белые заняли Курск, 6 октября — Воронеж и 13 октября — Орел. К тому моменту ВСЮР достигли своей максимальной численности в 150 тысяч человек. Однако уже 11 октября началось советское контрнаступление. 20 октября латышская дивизия освободила Орел. За день до этого конный корпус Семена Буденного нанес поражение донскому корпусу генерала Мамонтова и кубанскому корпусу генерала Шкуро, а 24 октября занял Воронеж. Добровольческая армия покатилась назад, за ней последовала Донская.

В январе — феврале 1920 года уменьшившиеся вдвое деникинские войска попытались задержаться на рубежах рек Дон и Маныч, но были разбиты и устремились к порту Новороссийску. Ряды белых косил сыпной тиф, процветали пьянство и грабежи. Кубанские части разошлись по домам. Эвакуация в Крым, который удалось удержать корпусу генерала Я. Слащева, проходила в панике. Большая часть белых не смогла эвакуироваться и попала в плен или ушла в Грузию. 22 марта 1920 года Деникин передал командование Врангелю и отправился в эмиграцию.

Б.В. Соколов. Сто великих войн.

Литература и ссылки

В.П. Слободин. Белое движение в годы гражданской войны в России (1917—1922 гг.)

В.В. Кулаков, Е.И. Каширина. Причины поражения белого движения на Юге России.

А.И. Егоров. Гражданская война в России: Разгром Деникина.

А.Ю.Кожевников. Идеи «красного патриотизма» во время Гражданской войны.

Д.П. Костомаров. Деникин и Врагнель: история конфликта.

БЕЛОЕ ДВИЖЕНИЕ НА ДОНУ

Уже в конце в конце 1917 в Донскую область стали пробираться активные противники новой власти – офицеры, генералы Л.Г.Корнилов, А.И.Деникин, А.С.Лукомский, лидеры кадетов.

А.М.Каледин, избранный в 1917 на большом войсковом круге атаманом Донского казачества, призвал казачьи войска к борьбе с правительством большевиков. 2 ноября (по старому стилю) 1917 в Новочеркасске появился бывший начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал М.В.Алексеев. На Дону они стали формировать Добровольческую армию, ставшую ядром белогвардейских войск на юге России. Каледин стягивал казачьи войска к Ростову, к ним присоединились офицерские отряды добровольцев. Захватив Ростов, они повели наступление на Север, на Донбасс. Однако население Донской области не поддержало Каледина. Осознав, что поднятое им восстание обречено, Каледин сложил свои полномочия и застрелился.

Вожди белого движения считали Дон районом, из которого можно будет начинать вооруженную борьбу против большевистского правительства, но они переоценили возможности, которые для этого давала область Войска Донского. Присутствие Добровольческой армии породило в казачьей среде страх неминуемого нашествия большевистских войск, к тому же началось разложение формирований добровольцев, оно коснулось и казачьего войска. Добровольческая армия своей территории не имела, была в зависимости от донского, а позже от кубанского правительства, с которым шла борьба из-за его «самостойности». К тому же начались острые противоречия между лидерами добровольцев Корниловым и Алексеевым. В конце концов Корнилову была вручена военная власть и командование Добровольческой армией, его заместителем стал генерал Деникин. Генерал Алексеев и большинство командного состава являлись монархистами, но вынуждены были скрывать свои реставрационные намерения. Наступление Красной Армии на Донскую область вынудило Добровольческую армию покинуть Дон. Армия отодвинулась к Екатеринодару, столице Кубанского казачьего войска, но раньше, чем она подошла к городу, в нем установилась Советская власть. По приказу Корнилова начался штурм Екатеринодара, закончившийся поражением Добровольческой армии, Корнилов был убит снарядом, попавшим в дом, где размещался его штаб. Новый главнокомандующий генерал Деникин овладел Екатеринодаром, этот город стал столицей созданного на юге антибольшевистского правительства – «Особого совещания».

Основной целью режима Деникина было свержение власти большевиков и восстановление «единой и неделимой» России. Провозглашенная им политика встретила враждебное отношение национально-государственных образований, уже появившихся на окраинах распавшейся Российской империи. Она оттолкнула от него общественные круги и население многих национальных районов. Обещание Советского правительства признать за всеми народами права на неограниченное национальное самоопределение «вплоть до отделения» подняло его престиж и привлекло массы населения нерусских национальностей, что способствовало росту недоверия к Деникину и его правительству.

Кардинальным вопросом в политике Деникина был аграрный. Он не сумел (или не хотел) его использовать для завоевания крестьян на свою сторону. Характерен его приказ «О третьем снопе», по которому треть собранного зерна поступала возвратившимся помещикам.

Крестьяне не поддержали режим Деникина, более того, против него развернулось партизанское движение, наносившее удары по тылам продвигавшейся на север Добровольческой армии. Не имея у себя прочного тыла и источников необходимых материальных средств и крупных резервов, Деникин не питал радужных надежд на общероссийскую победу.

ДЕНИКИН О ПРИЧИНАХ ПОРАЖЕНИЯ

Мы занимали огромные пространства, потому что, только следуя на плечах противника, не давая ему опомниться, устроиться, мы имели шансы сломить сопротивление превосходящих нас численно его сил. Мы отторгали от советской власти плодороднейшие области, лишали ее хлеба, огромного количества военных припасов и неисчерпаемых источников пополнения армии. В подъеме, вызванном победами, в маневре и в инерции поступательного движения была наша сила. Истощенный многими мобилизациями Северный Кавказ уже не мог питать надлежаще армию, и только новые районы, новый прилив живой силы могли спасти ее организм от увядания.

Мы расширяли фронт на сотни верст и становились от этого не слабее, а крепче. Добровольческая армия <53>к 5 мая в Донецком бассейне числила в своих рядах 9600 бойцов. Невзирая на потери, понесенные в боях и от болезней, к 20 июня (Харьков) боевой состав армии был 26 тысяч, к 20 июля (Екатеринослав — Полтава) — 40 тысяч. Донская армия, сведенная к 5 мая до 15 тысяч, к 20 июня насчитывала 28 тысяч, к 20 июля — 45 тысяч. Для наступления в киевском направлении в конце июля от Добровольческой армии отделилась группа всего в 6 тысяч. В начале июня с Ак-Манайских позиций начал наступление 3-й армейский корпус силою около 4 тысяч, который, пополняясь по пути, прошел весь Крым, вышел на Херсон и Одессу и составил группу войск Новороссийской области под начальством генерала Шиллинга, к 20 сентября увеличившуюся до 16 тысяч.

Состав Вооруженных сил Юга с мая по октябрь возрастал последовательно от 64 до 150 тысяч<54>. Таков был результат нашего широкого наступления. Только при таком условии мы имели возможность продолжать борьбу. Иначе мы были бы задушены огромным превосходством сил противника, обладавшего неисчерпаемыми человеческими ресурсами. Наконец, движение к Киеву приводило нас к соединению с противобольшевистской польской армией, что значительно сокращало фронт и должно было освободить большую часть войск Киевской области и Новороссии для переброски их на гомельское и брянское направления.

Теория говорит о закреплении рубежей, практика гражданской войны с ее огромными расстояниями и фронтами, с ее исключительным преобладанием психологии не только в армиях, но и в населении пораженных войной областей свидетельствует о непреодолимой трудности и зачастую полной негодности метода позиционной войны. Разлив Донца задержал наступление 8-й и 9-й советских армий в феврале, Царицынская укрепленная позиция остановила движение генерала Мамонтова и первый налет генерала Врангеля. Но, снабженный некоторой техникой, генерал Врангель в два дня покончил с «Красным Верденом». Добровольческая армия без труда справилась с «крепостными зонами» Харькова и Екатеринослава. Шкуро и Бредов форсировали широкий Днепр. Разбухшая Кубань не остановила русских армий, отступавших к Черному морю, а идеальный, исключительный по конфигурации и природным свойствам, «неприступный» оборонительный рубеж крымских перешейков оказался паутиной в трагические дни осени 1920 года.

Освобождение нами огромных областей должно было вызвать народный подъем, восстание всех элементов, враждебных советской власти, не только усиление рядов, но и моральное укрепление белых армий. Вопрос заключался лишь в том, изжит ли в достаточной степени народными массами большевизм и сильна ли воля к его преодолению? Пойдет ли народ с нами или по-прежнему останется инертным и пассивным между двумя набегающими волнами, между двумя смертельно враждебными станами.

В силу целого ряда сложных причин, стихийных и от нас зависевших, жизнь дала ответ сначала нерешительный, потом отрицательный.

А.И. Деникин. Очерки русской смуты

Глупость беспартийную выкинь!

Если хочешь жить с другими вразброд —

всех по очереди словит Деникин,

всех сожрет генеральский рот.

2. Если ж на зов партийной недели

придут миллионы с фабрик и с пашен —

рабочий быстро докажет на деле,

что коммунистам никто не страшен.

РЕЙД ГЕНЕРАЛА МАМОНТОВА

Мамонтова рейд 1919 – действия белоказачьей конницы под командованием ген.-л. К.К.Мамонтова в тылу сов. войск Южного фронта в августе — сентябре, во время Гражданской войны в Сов. России. Имел целью дезорганизовать сов. тыл и сорвать подготовку наступления Юж. фронта. Утром 10 августа 4-й Донской конный корпус Мамонтова (6 тыс. сабель, 3 тыс. штыков, 12 op., 7 бронепоездов, 3 броневика) прорвал фронт сов. войск на слабо прикрытом стыке 8-й и 9-й армий (р-н Новохопёрска) и начал продвижение в тыл сов. войск. 18 авг. белоказаки захватили Тамбов, 22 авг.— Козлов (Мичуринск). На своём пути мамонтовцы разрушали жел. дороги, мосты и узлы связи, грабили население, захватывали склады и базы Юж. фронта, зверски расправлялись с сов. и парт, работниками. ЦК партии, Совет обороны, В. И. Ленин приняли решительные меры по ликвидации М. р.: 6 губерний (Рязанская, Тульская, Орловская, Воронежская, Тамбовская, Пензенская) объявлялись на воен. положении, во всех уездах, крупных городах и на ж.-д. станциях этих губерний создавались революц. к-ты, на к-рые возлагалась задача мобилизации сил и средств для обороны губерний и подавления возможных контрреволюц. выступлений. Общее руководство деятельностью ревкомов возлагалось на Реввоенсовет Республики. Для борьбы с конницей Мамонтова РВС Юж. фронта с помощью парт, и сов. организаций создал внутр. фронт (командующий M. M. Лашевич), включив в его состав ок. 10,5 тыс. штыков, 1,5 тыс. сабель, авиацию и бронепоезда фронта, а также подчинив ему сформированные местными сов. учреждениями добровольч. отряды и части особого назначения общей численностью ок. 11 тыс. чел. Оказавшись в окружении сов. войск и будучи отягощены большими обозами награбленного имущества, белоказаки утратили прежнюю манёвренность, дисциплину и с трудом пробивались к линии фронта. 31 авг. после упорного боя мамонтовцы заняли Елец, 6 сент.— Грязи, а 11 сент.— Воронеж. Это был их последний успех. 12 сент. сов. части выбили белоказаков из Воронежа и нанесли им тяжёлый урон (из 9 тыс. чел. осталось лишь 2 тыс.). 18—19 сент. остатки корпуса Мамонтова сумели прорваться через фронт окружения (между Старым Осколом и Коротояком) и соединиться с конным корпу- сом ген. А. Г. Шкуро, брошенным А. И. Деникиным на спасение мамонтовцев. Продолжавшийся 40 дней М. р. причинил нар. х-ву Тамбовской и Воронежской губерний большой ущерб, отвлёк часть сил Юж. фронта на борьбу с белоказаками, но осн. цели — сорвать подготовку наступления сов. войск — не достиг: оно началось 14—15 авг. Борьба с белоказачьей конницей Мамонтова, а также с др. конными формированиями врага подтвердила важное значение конницы в Гражд. войне. Учитывая этот опыт, сов. командование ускорило формирование кав. соединений и объединений.

РОЛЬ МАХНО В ПОРАЖЕНИИ АРМИИ ДЕНИКИНА

Выход Добровольческой армии на Украину встревожил Польшу, чью независимость ни Колчак, ни Деникин так и не признали. Поляки временно прекратили боевые действия против Красной армии, в результате чего советское командование смогло перебросить дополнительные силы на московское направление.

И еще одно обстоятельство ослабило тыл ВСЮР. Повстанческая армия Махно 26 сентября под Уманью нанесла украинской группировке Добровольческой армии крупное поражение и двинулась в рейд, выбив деникинцев из Кривого Рога, Никополя, Мелитополя и нескольких других городов, захватив главные артиллерийские склады Добровольческой армии в районе Волноваха — Мелитополь, а в конце октября овладев Екатеринославом. В махновскую армию вступали крестьяне, недовольные продразверсткой и реквизицией всех воюющих сторон, привлеченные возможностью пограбить и не желавшие служить ни белым, ни красным.

Махновцы сражались обычно против тех, кто в данный момент одерживал верх в Гражданской войне и пытался занять их вотчину — часть Южной Украины с центром в Гуляй-Поле. Их рейд по деникинским тылам, наряду со многими другими факторами, сделал поражение Добровольческой армии на подступах к Москве лишь вопросом времени.

20 сентября белые заняли Курск, 6 октября — Воронеж и 13 октября — Орел. К тому моменту ВСЮР достигли своей максимальной численности в 150 тысяч человек. Однако уже 11 октября началось советское контрнаступление. 20 октября латышская дивизия освободила Орел. За день до этого конный корпус Семена Буденного нанес поражение донскому корпусу генерала Мамонтова и кубанскому корпусу генерала Шкуро, а 24 октября занял Воронеж. Добровольческая армия покатилась назад, за ней последовала Донская.

В январе — феврале 1920 года уменьшившиеся вдвое деникинские войска попытались задержаться на рубежах рек Дон и Маныч, но были разбиты и устремились к порту Новороссийску. Ряды белых косил сыпной тиф, процветали пьянство и грабежи. Кубанские части разошлись по домам. Эвакуация в Крым, который удалось удержать корпусу генерала Я. Слащева, проходила в панике. Большая часть белых не смогла эвакуироваться и попала в плен или ушла в Грузию. 22 марта 1920 года Деникин передал командование Врангелю и отправился в эмиграцию.

Поход на Москву добровольческой армии деникина

19 мая Выпустили приложение для телефона —

22 мая Повтори весь материал ЕГЭ на курсе Умскул и прибавь к результату 20 баллов.

− Учитель Думбадзе
из школы 162 Кировского района Петербурга.

ЧИТАТЬ ВСЕ НОВОСТИ декабря На нашем сайте размещён курс русского языка Людмилы Великовой.

3 мая Ещё один вариант досрочного ЕГЭ по математике.

14 апреля Вариант резервного дня ЕГЭ по математике.

13 апреля Вариант досрочного ЕГЭ по физике.

12 апреля Вариант досрочного ЕГЭ по информатике.

17 апреля Кратко о специальной теории относительности.

Наша группа ВКонтакте
Мобильные приложения:

Установите со­от­вет­ствие между со­бы­ти­я­ми Граж­дан­ской войны и их датами.

А) поход на Моск­ву Доб­ро­воль­че­ской армии А. И. Деникина

Б) мятеж Че­хо­сло­вац­ко­го кор­пу­са

В) раз­гром войск П. Н. Вран­ге­ля в Крыму

Г) за­вер­ше­ние Граж­дан­ской войны на Даль­нем Востоке

А) поход на Моск­ву Доб­ро­воль­че­ской армии А. И. Де­ни­ки­на — 1919 г.;

Б) мятеж Че­хо­сло­вац­ко­го кор­пу­са — 1918 г.;

В) раз­гром войск П. Н. Вран­ге­ля в Крыму — 1920 г.;

Г) за­вер­ше­ние Граж­дан­ской войны на Даль­нем Во­сто­ке — 1922 г.

Поход на Москву

Генерал Деникин написал пять томов своей истории. Пять объемистых томов, заполненных описаниями походов и битв, описаниями исторической эпопеи вооруженных сил белого Юга. На первом плане у Деникина стоит война, единственное дело, которое он знал, понимал и по-своему любил. Таким образом главнокомандующий белого похода воздает последнюю дань своему героическому прошлому, увековечивая галерею славных борцов с большевизацией России.

В настоящей публикации приводятся те места, где Деникин с большой тщательностью и детальностью описывает операции своих южных армий 1919 года вплоть до самого финала, до новороссийской эвакуации весны 1920 года.

Статья написана по материалам сайтов: histrf.ru, hist-ege.sdamgia.ru, b-ok.org.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector
СОБЫТИЯ ДАТЫ